Ханна крепко сжимала руль, пока старенький пикап медленно полз по узкой лесной дороге. Рядом, на пассажирском сиденье, семилетний Бенджи болтал ногами и что-то напевал себе под нос. Они ехали к бабушке - всего-то два часа пути, но уже начинало темнеть, а фары плохо пробивали густой сумрак между деревьями.
Внезапно из-за поворота выскочил огромный силуэт. Ханна резко крутанула руль, покрышки завизжали, машину занесло. Удар, скрежет металла, стекло треснуло паутиной. Когда всё остановилось, пикап лежал на боку в кювете. Бенджи тихо всхлипывал, держась за ушибленное плечо. Ханна, стиснув зубы от боли, выбралась наружу и потянула сына к себе.
Сначала они просто стояли, тяжело дыша, и смотрели на разбитую машину. Потом Ханна заметила следы. Широкие, глубокие, с отпечатками копыт. Кровь - старая, уже подсохшая - тянулась цепочкой прямо в чащу. А дальше, шагах в тридцати, между стволами стоял он. Огромный олень. Не тот милый Бэмби из детских книжек. Этот был весь в шрамах, с массивными, неровно обломанными рогами и глазами, горящими злобой. Он смотрел прямо на них.
Ханна подхватила Бенджи на руки и побежала. Не разбирая дороги, лишь бы подальше от этого взгляда. За спиной раздался низкий, хриплый звук - не то рык, не то тяжёлый выдох. Олень пошёл следом. Не спеша, уверенно, будто знал, что добыча никуда не денется. Ветки хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги, а мальчик всё сильнее прижимался к матери, шепча: «Мам, он идёт, я слышу».
Они прятались за поваленными деревьями, затаив дыхание. Переждали несколько долгих минут тишины. Потом снова побежали. Но лес будто сжимался вокруг них. Тропинки исчезали, деревья стояли плотнее, а где-то впереди опять послышался тот же тяжёлый шаг. Олень не торопился. Он загонял их, как загоняют добычу, наслаждаясь страхом.
Ханна поняла это не сразу. Сначала она думала, что животное просто напугано, что оно защищает территорию. Но когда они в очередной раз остановились передохнуть и она увидела, как олень стоит на пригорке и смотрит вниз, прямо на них, без всякого страха, без желания уйти - стало ясно. Это не случайность. Это месть. Долгая, холодная, звериная месть за то, что когда-то сделали с его матерью люди.
Ночь наступила окончательно. Фонарик на телефоне Ханны давно сел. Осталась только луна, пробивающаяся сквозь кроны тонкими полосками света. Бенджи уже не плакал - просто молчал, вцепившись в руку матери ледяными пальцами. Они шли дальше, потому что стоять на месте было ещё страшнее.
Где-то впереди послышался шум воды. Река. Может быть, там получится уйти от преследования. Ханна ускорила шаг, таща сына за собой. Но олень уже был близко. Очень близко. Треск веток за спиной звучал всё громче, всё настойчивее. И в этот момент Ханна поняла, что бежать дальше уже почти нет смысла. Лес принадлежал ему. А они были здесь чужими.
Она остановилась. Повернулась. Подняла дрожащую руку, будто могла остановить зверя одним жестом. Олень вышел из тени. Стоял в десяти шагах. Дышал тяжело, пар вырывался из ноздрей. В его глазах не было ни жалости, ни торжества - только пустая, древняя ненависть. Ханна прижала Бенджи к себе и закрыла глаза.
Лес молчал. Только хруст снега под копытами и их собственное дыхание.
Читать далее...
Всего отзывов
6